Моя малая родина. Село Вилегодск. Среда, 11.12.2019, 12:23
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Истоки, продолжение (часть 6) | Регистрация | Вход
» Меню сайта

» Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

» Форма входа

Предыдущая часть: http://selovilegodsk.narod.ru/index/istoki_prodolzhenie_chast_5/0-264 
Я помню, как девяти – десяти лет отроду была, всё время, как праздник Яишное заговенье, так ходила по деревням, побиралась. Вот приду домой, платок сниму с себя, все кусочки выложу и всем раскладу: «Вот этому такой, другому такой». Раньше побирашек много ходило. Бабушка все говорила: «Лучше подать, чем просить. Ничего в доме нет, так хоть луковку подай». Придёшь в дом, постоишь и говоришь: «Подайте Христа ради милостыньку», спросят: «Ты, чья?», а я отвечу: «Савватки Сенькина…». Жили очень бедно: картошка на столе, да то, что побирано. А один раз, хорошо помню, пришла на К…очниху к одной женщине. У неё столешница, вот такая доска, метра на четыре, и на ней караваи, «мекки» их называли, их положат на такую столешницу и сверху полотенцем накроют. Стояла, стояла, нет никого. Давай, думаю, в другой дом зайду, пока хожу, хозяйка придёт. В другой дом сходила, там не подали ничего. Пришла  обратно сюда, видела, что хлеб есть, тоже не дали. Я всю дорогу проплакала.

 Пляски: На пляски просились у какой-нибудь хозяйки в деревне. Она коптилку запалит, через полчаса хозяин избы велит своему ребенку брать шапку и идти по кругу: кто чего даст – кто денег, кто картошки, кто хлеба. Если хозяин много получит, то и в следующий раз пустит за так поплясать. А потом стали в клуб ходить. Сестра  Рая и её муж Саша на гармошке играли. 

Журавлёва Зоя Николаевна

1931 г.р., д. Дресвянка.

Ермакова (Журавлёва) Валентина Николаевна

1946 г.р., г. Инта (две сестры, последняя приехала в гости), записано в июле 2008 г. Е.Г. Байбородиной.

 О себе: Рассказали, что их мама, Журавлёва Пелагея Петровна, шила лоскутные одеяла,  строчила. Ткала половики, некоторые из них находятся в Малых Корелах. Была удивительной женщиной, очень любила петь, участвовала в фольклорной группе Вилегодского ДК. Помнят мамину песню «Над озером чаечка вьётся». Их бабушка (Журавлёва Фёкла Сергеевна) по маминой линии ткала  браные полотенца (сделаны фото трёх полотенец).

деревня Гагарино

 Бушуева Манефа Яковлевна

1932-2010 гг., д. Гагарино (по-старому Сысоевская),

записано в 2003 г. Е.А. Незговоровой.

О себе: Мама родом из Павловска, рано осталась без отца и матери, воспитывалась братом, замуж вышла молодой, в богатую зажиточную семью в д. Сысоевская, венчалась. В войну, когда голод был, пестрядь меняли на хлеб. Потом и видели на людях юбки, сшитые из нашей пестряди, жалко было, но ничего не поделаешь. Подросли, стали на гулянки ходить, собиралось много молодёжи, плясали «Звёздочку».

 Одежда вилегодской женщины: Рубаха из домотканого полотна, к ней пришит стан полотняный, поверх одевался сарафан холщовый (ховщовый) или набивной, нагрудник (по-теперешнему фартук) с нашитыми галунами. В обиходе были разные юбки, тоже с галунами и оборками. На голове носили «половинки», белые или красные (маленькие тонкие платочки), поверх половинок одевались небольшие платки. Шали были покупные: большие и средние, теплые и шерстяные. Украшения – серьги, бусы (корольки). Девушки носили косу, в косах ленты, на груди ленты, ленточкой опоясывались, а женщины носили ком.

    На ноги  одевали уледи с онучами (портянками), которые шили из кожи, их ещё называли по-другому – лежаночками (потому что они носились не круглый год и долгое время просто лежали). Онучи навёртывались и завязывались поводками, сплетённые косичкой. Были и мужские уледи с кожаными опушнями (голяшками). Когда Манефа Яковлевна была на сплаве, их и одевала. Шили уледи старички в каждом доме. Кто как жил, побогаче или победнее, тот так и одевался. Также носили ботиночки с высокой голяшкой, на низеньком каблуке. В её семье шикариться нечем было, после пожара все сарафаны были перешиты на девок.

 Гадания: 1) Бегали на кресты, на росстани, падали, как услышишь, где колокольцы звенят, так  убирайся с дороги, а то черти затопчут.

                  2) Садились на переченицу в амбар и под ключ (надо в двенадцать часов ночи), но часто не дожидались этого времени, т.к. боялись и убегали. Одна девушка гадала и ей послышалось: «На сучине мужик пересиченный лежит», она в тот год вышла замуж и мужа убили. Подумали, что это сказала нечистая сила. Если что послышится, надо сказать: «Чур, моё слово».

                  3) Гадали на женихов: «Выйду замуж сейгод или не выйду?» Одна женщина из д. Самино рассказывала ей, как девки собирались гадать, а парни подслушивали. Стаи-то раньше большие были, надо было девушке голой задницей сесть на ягничу(цу). Одна села, ей шлёпнули голой рукой, значит замуж выйдет, но мужик небогатый достанется, вторая села – пощупали шубницей, значит выйдет за богатого (все проходило в темноте). Оказывается все подстроили ребята, они тоже гадали.

                  4) Хватали баранов в темноте (в потёмках). Если схватишь овцу, то замуж не выйдешь, а если барана, то выйдешь.

                  5) Петухов раньше выпускали. Насыпали зерна, сколько девушек насобирается, столько и кучек зерна. Выпускают петуха, чью кучку первой клюнет, та и замуж выйдет. Бывает и всех обойдет. Гадать на Рождество – говорили, что черти шутят. 

 Вилегодская изба: Пятистенок - пять стен в дому, изба на перерубе.  У пятистенка можно сделать две двери: переднюю и заднюю. Шестистенок - под одной крышей две избы, два венца рубились, тогда промеж избами маленький заулок. Были ещё дома, когда между двумя избами был мост (холодный коридор), через него можно было попасть из одной избы в другую. Изба – просто четыре стены, один вход. Двухэтажные избы зимой наверху не отапливались, там не жили, а вход был позапече (возле печки). Лесенка и дверь наверх называлась «западней». Кладовки, клить (клеть) наподобие амбара, где хранили сундуки с бельём. Санник – через него в стаю идёшь, чтоб на улицу не выходить, раньше ставили санник и стаю отдельно от избы. Повить (поветь) куда сено отмётывали и хранили,  с повити давали сено скоту, овчинник – хлев, отделённый для овец, раньше коров с овцами вместе не держали, для поросят тоже был отдельный хлев. Амбар строили на отшибе (на расстоянии), хранили хлеб, муку, зерно, бывали амбары двухэтажные: тогда набиралась подволока – как потолок, и пристраивалась лесенка, чтобы можно было подняться туда. На холодном мосту набиралась подволока, хранить можно, что хочешь, ставь - не видно. На доме обязательно был охлупень, вытесанный топором, раньше же дом крыли подскалом и тёсом, так чтобы снега не нанесло и дождь не затекал промеж бруса. Охлупень начинался и заканчивался вытесанными коньками в форме лошади, могла быть и не голова лошади, кто какой мастер.

     Дом начинается с порога, обязательна русская печь. Без нее люди не проживут: надо хлеб стряпать, надо скотине варить, себе. Раньше ведь печек с плитой не было. На печи сушили зерно, отдыхали, грелись. Рядом с печкой были полати, на них спали, кто помоложе. За печкой дверь – вход в голбец (говбец, гобеч). Там хранили картофель, соленья, варенья. Над голбцем делали такие нары, это место называлось гобчиком –  где хранили лук всю зиму. Печка состоит из шестка, в печи – под,  который набивался из глины, а не из кирпича. Под порогом  в избе стоял курятник или был прилавок около печи, в нем жили куры.

     В переднем углу – красный угол, с правой стороны избы. Вокруг стен обязательно деревянные лавки, стол, деревянная кровать, на которой спали хозяева. Дети спали на холщовых матрацах-постельницах (соломеницах) набитых соломой, которые утром сворачивали трубой  и выносили на мост. Раньше зимой жили в одной избе, называлась зимовка. Семья хоть десять человек, все равно жили в одной избе, спали на полу. Нас, например, жило семеро. Когда дом сгорел, жили на подворье. В красном углу обязательно стоял стол (престол), где у каждого за ним было своё место. Самый старший занимал переднее место, рядом – хозяйка, дети. Первая ложка за столом всегда хозяина, никто раньше не прикасался к пище прежде, чем старший дед или отец. Ране-то варили шти (щи) в русской печи в штиниках, на день ставили. Первое блюдо большое наливали без мяса, крошили хлеб. Как съедят, наливали второе блюдо и крошили в него уже мясо. Хозяин (дедушка) как брякнет ложкой о край столешницы, значит можно волочить (таскать) мясо. Встать из-за стола можно было только по сигналу старшего. На столе же не оставалось ни корочки, ни крошечки. А на пол ронять – только  мышей кормить.

 Сватовство:  Когда приходили сваты, поглядывали на матичу (матица)  - верхняя поперечная перекладина (бревно, брус), через неё при сватовстве не переходили, если перейдёшь, то девку уже не отдадут. Хозяева приглашали пройти, но сваты говорили, что за матицу не пойдем, тут постоим, вообще-то за невестой пришли, за работницей. Родители невесты говорили, что невеста молода или нет невесты, потом начинали договариваться, вызывали невесту и спрашивали: «Согласна ли?» Если согласна, тогда сваты выставляли свою бутылку на стол, хозяева несли на стол кушанья, своё вино.

 Девишник:  Проводился до свадьбы, на нём вино не пили, а плясали, собиралась вся молодёжь, проплясывали девушку. Сама невеста тоже плясала. Тётку Манефы Яковлевны отдали замуж без всякого её согласия, не спрашивали  богатый или хороший, а иди, хотя она любила другого и поэтому весь девишник проплакала.

 Пляски:  Откупали избу, договаривались, плясали при коптилках или лампах. «Звёздочка» - выходят то ли два парня, то ли две девушки, начинают пляску. Поплясали круг или два, частушки спели, идут хлопать, например, две девки хлопают двух парней, а если вышли парни, то хлопают двух девок, на кругу четверо попляшут, покружатся и опять выбирают каждый себе по паре. Получается четыре пары: четыре девки и четыре парня, восемь человек  - «Звёздочка». Опять пляшут. Плясали и «Чижика».

 РемеслоВ каждой деревне были свои гончары, из красной глины делали битые русские печи. В д. Якушино Маланина Вера (сейчас у сына в Северодвинске живёт) делала посуду: ладочки, горшочки, корчаги. Байбородина Екатерина Лавровна (племянница Вере Маланиной), Анна Ефимовна (сноха) лепили руками ладочки, корчаги, продавали уже обожженные, как-то ещё лудили. Мой дед катал валенки, шил, прял, вязал, сани делал, даже когда остался с одной рукой.

 Загадка:  На улице трубой, а в избе полосой. (постельница, набитая соломой).

 

Материалы опубликованы на сайте с разрешения  заведующей отделом народного творчества МУК "ОМЦНТ" Екатерины Григорьевны Байбородиной.

» Поиск

» Календарь
«  Декабрь 2019  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

» Архив записей

» Друзья сайта
  • Создать сайт
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Все проекты компании


  • Copyright MyCorp © 2019
    Бесплатный конструктор сайтов - uCoz